и языки у девушек работали не меньше, а у кое-кого и больше, чем руки. Сама кюна сидела с шитьем в руках, но подавать девушкам пример была способна с большой натяжкой: поговорить она любила не меньше других и слишком часто, заслушавшись, забывала о работе. Здесь толковались сны, обсуждались приметы погоды и урожая, перебирались новости, рассказывались разные житейские истории, от свежих до совсем замшелых. Кто в Эльвенэсе за кем ухаживает, кто в кого влюблен, кто на кого как посмотрел, кто чем болен и как его лечат, какие товары куда привезли и почем продают – все это занимало кюну Асту не меньше, чем любую из ее рабынь. Новостей всегда находилось немало, ведь Эльвенэс – большое поселение. Когда домашние новости кончались, кюна Аста непременно посылала зазвать кого-нибудь из торговых гостей, чтобы рассказал о далеких землях.

Но все же какая-то работа была в руках у каждой, и только Ингитора играла с маленьким рыжим щенком, который развалился брюшком вверх у нее на коленях. Вчера она упомянула, что любит собак, и сегодня утром Эгвальд ярл торжественно вручил ей этого щенка (подобранного под цвет ее собственных волос, как успел пошутить Велейв ярл).

– Тебе не скучно, йомфру Ингитора? – окликнула ее Вальборг, стоявшая возле ткацкого стана. – Хочешь, я дам тебе полотна – у меня есть хороший лен, и Рагнебьерг поможет тебе скроить рубашку, она мастерица кроить.

За несколько прошедших дней Ингитора пригляделась к ней и уже знала, что та собой представляет. Вальборг была невысока ростом, но стройна и держалась с величавой гордостью, каждое ее движение дышало сдержанным благородством, рассчитанным и уместным. Всем прочим цветам Вальборг предпочитала голубой, и небесно-голубая рубаха из тонкого льняного полотна замечательно подходила к ее волосам, к нежной белой коже, а любое платье, даже из простой серой шерсти, как сегодня,

Скачать книгу<<НазадСтраницы книгиК разделуВперёд>>